Институт истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН

Северо-восточная Азия на протяжении более 100 лет остается одной из самых "горячих точек" мировой политики. Помимо пакета застарелых политических противоречий, исправно питающих костер вражды и агрессии в регионе, здесь существует и острая проблема идеологического и психологического свойства: взаимное недоверие.

В странах Северо-восточной Азии преобладает неадекватное и преимущественно негативное восприятие своих соседей по региону. Такое восприятие обусловлено не только разностью культур, социально-политических систем, экономических моделей развития, но и в значительной степени опытом двустороннего взаимодействия, который, особенно в последние 150 лет, дает больше оснований для проявлений подозрительности и вражды, чем для выражения дружбы и доверия. Историческая память всегда была одним из ключевых компонентов общественного сознания жителей Восточной Азии. И сегодня интерпретация истории является одним из регуляторов двусторонних отношений, мощным идеологическим оружием и одновременно - пока непреодолимым препятствием для установления отношений политического доверия между государствами.

Взаимное недоверие между государствами СВА не раз провоцировало конфликты в прошлом, является источником напряженности в настоящем и ставит под угрозу будущее региона. Каковы корни, проявления и последствия этого недоверия, что могут и должны делать политики, ученые, общественные деятели для преодоления этого опасного явления - на эти вопросы и были призваны ответить участники международной конференции, состоявшейся под крылом Дальневосточного отделения РАН в г. Владивостоке 2-3 июля 2009 г. В качестве докладчиков были приглашены и приняли участие в конференции известные ученые из семи стран, напрямую заинтересованных в том, что происходит в Северо-восточной Азии - России, Австралии, Индии, Китая, Республики Корея, США и Японии.

Председатель Законодательного собрания Приморского края, д.т.н. В.В.Горчаков (представленный доклад): ядерная программа КНДР порождает опасность глобального масштаба, способна вызвать "эффект ядерного домино" в СВА и других регионах мира. Япония и Южная Корея, технологически готовы к созданию ядерного оружия, и серьезной угрозой становится возникновение у них политической воли к вступлению в клуб ядерных держав.

Профессор Международного университета Японии Л.Бужински: КНДР сегодня - это уже не только региональная, но и глобальная проблема, вследствие чего Северо-восточная Азия стала "еще более сложным регионом, чем она была в прошлом". Существуют два критических условия для успешного регионализма: отсутствие гегемона и готовность главных держав региона сохранять статус-кво в территориальных вопросах. Оба этих условия в СВА отсутствуют, а в восточноазиатском регионализме определяющим фактором стала "поляризация между Китаем и Японией", основанная в немалой степени на взаимной нелюбви и недоверии друг к другу. Россия пока "не нашла своего места в большинстве дискуссий по безопасности в СВА", но она должна увеличивать свое присутствие в регионе через более активное участие в решение корейской проблемы.

Профессор университета Аояма гакуин (Токио) С.Хакамада: подход к Северо-восточной Азии с позиций политического реализма неприемлем, поскольку такой подход приведет к распространению ядерного оружия на другие страны, включая Японию и Южную Корею. На сегодняшний день большинство японцев не хотят превращения Японии в ядерную державу, но реально воспрепятствовать этому может только "создание в СВА системы гарантий безопасности и формирование отношений доверия между всеми странами региона".

Важным шагом в направлении установления отношений доверия между Японией и Китаем, Японией и Южной Кореей должны стать усилия специалистов "с целью преодоления исторических разногласий и различий в интерпретации исторических событий", а между Японией и Россией - "взаимное понимание исторических взглядов и исторического сознания каждого партнера". Установление отношений политического доверия между Японией и Россией (которое упирается в решение проблемы "северных территорий") - это не просто вопрос взаимоотношений двух государств, а необходимое условие "создания гарантий безопасности и стабильности" для всего региона.

Профессор Технологического института Джорджии (США) Дж. Гарвер: экономические достижения и рост военной мощи КНР повлекли за собой подъем националистических настроений в стране, которые могут трансформироваться в более агрессивные действия руководства КНР в отношении Тайваня. Попытки Пекина убедить своих соседей в отсутствии "китайской угрозы", уверить их в своих мирных намерениях "были эффективными только в отношении России", которая сегодня является единственной из великих держав, кто рискует снабжать КНР современным оружием.

В регионе складываются две потенциально тревожные коалиции. В первую входят США, Япония, Индия и ряд менее сильных государств, включая Австралию, озабоченных тем, "как Китай будет использовать свою большую и растущую мощь". Во вторую - Китай и Россия. Если Китай попытается решить проблему Тайваня с помощью военной силы, то Россия окажется в исключительно уязвимом и опасном положении. Лучшим способом обеспечить мир между великими державами в XXI веке будет ясный упреждающий сигнал Китаю от всех их, в том числе и от России, что "использование военной силы для присоединения Тайваня является неприемлемым".

Зам. директора Института АТР Академии общественных наук КНР (Пекин) Пяо Цзяньи: китайско-японско-южнокорейские отношения являются достаточно сбалансированными, их нельзя назвать ни хорошими, ни плохими, однако они "погрязли в рутине практицизма", поскольку краеугольным камнем этих отношений является торговая выгода. "Отсутствие своевременного и адекватного взаимопонимания" между этими тремя государствами влияет на состояние политического доверия между ними и сказывается на решении существующих между ними проблем.

В отношениях между Китаем и Японией существуют семь "чувствительных нерешенных проблем", в отношениях между КНР и Южной Кореей - восемь, в японо-южнокорейских отношениях - пять. Эти проблемы относятся к четырем группам: 1) территории и суверенитета; 2) интерпретации истории (главным образом, в Японии); 3) этнические; 4) военные (озабоченность Китая и РК "военным расширением" Японии).

Доцент Университета София (г. Токио) Т.Анно: "выстраивание отношений доверия с соседями еще с 1952 г. является важным элементом политики обеспечения безопасности Японии". Ее основные компоненты: в период "холодной войны" - "односторонние ограничения в политике по обеспечению безопасности, экономическое вовлечение и обращение к так называемым историческим вопросам". Япония вынесла свои уроки из Второй мировой войны и фокусировала внимание на "безумстве войны" как таковой, проводила действительно пацифистскую политику внутри страны и за ее пределами.

Сегодня Япония также стремится к достижению политического доверия с соседними государствами, выстраивает с ними "меры доверия" (в их институциональном смысле), декларирует, что "Япония никогда не станет военной угрозой для других государств", но в то же время активно требует адекватных действий и от своих соседей. В этом контексте наибольшую озабоченность Токио вызывают действия КНДР и Китая. В нынешних условиях Северо-восточной Азии о политическом доверии можно говорить только как о долгосрочной цели, да и "меры доверия" в их изначальном формате в этом регионе также неприменимы и требуют корректировки.

Зав. отделом Восточной Европы, России и Центральной Азии Китайского института международных исследований (Пекин) Чэнь Юйжун: Китай и Россия "являются партнерами, но не союзниками". Вполне естественно, что в отношениях между государствами существуют проблемы и даже конфликты. Социальная база для развития двусторонних отношений остается по-прежнему слабой. В начале XXI в., когда "китайско-российские отношения вступили в пору их зрелости", между двумя народами отсутствует взаимопонимание и "они очень мало знают друг о друге". Поскольку в России еще есть немало людей, которые "рассматривают сильный Китай как угрозу России", до взаимного доверия между нашими странами путь еще очень долгий, и России "следует работать в этом направлении, чтобы развивать двусторонние отношения с этой перспективы".

Профессор ВГУЭС С.В.Севастьянов: в контексте интеграции России в систему регионального сотрудничества Северо-восточная Азия играет исключительно важную роль, однако именно здесь "ортодоксально-христианская Россия не рассматривается как равный партнер". Неазиатская природа нашей страны, неспособность Москвы "определиться с идентичностью России", ее слабое экономическое присутствие в регионе также служат формальным поводом, чтобы не допускать Россию в региональные структуры, в частности Форум "Азия - Европа" (ASEM), Восточноазиатский саммит (EAS) и др. Главную скрипку играют в этом США, Япония и другие государства, проводящие проамериканскую политику, хотя и Китай не особо радеет об интересах своего стратегического партнера, предпочитая поддерживать позицию большинства и вести трехсторонний экономический диалог с Японией и Южной Кореей.

Для успешной интеграции в Восточную Азию Россия должна расширять экономическое взаимодействие со странами СВА, конструировать "более сбалансированные отношения" с ведущими восточноазиатскими державами и США, наконец-то выработать "долгосрочную комплексную азиатскую стратегию". Пока же российская власть либо не считает Азиатско-Тихоокеанский регион важным для России, либо просто не может ясно сформулировать свое видение этого региона.

Директор Института мира Чеджу (Республика Корея) И Сон У: серьезнейшими барьерами на пути сотрудничества между Японией и Южной Кореей традиционно являются историческая враждебность, территориальный спор и "неравное распределение национальной мощи". По мере экономического развития Южной Корее во второй половине XX в. последний фактор стал играть менее значимую роль, в то время как воздействие первых двух заметно усилилось, причем это происходило всегда после провокационных заявлений или действий политических лидеров Японии. "Японские политические лидеры с легкостью использовали словесный конфликт с Кореей, чтобы избежать публичной критики при возникновении трудностей во внутренней политике и экономических проблем". Корея соответствующим образом реагировала на эти высказывания, однако обе стороны старались избежать эскалации конфликта. Взаимная заинтересованность в развитии экономических связей, понимание невозможности в одночасье решить исторические и территориальные проблемы, а в последнее время - наличие у Японии и Южной Кореи одной общей угрозы - ядерной и ракетной программы КНДР, - заставляет оба государства ограничиваться лишь словесными выпадами в адрес друг друга.

Директор Славянского центра (г. Саппоро, Япония) А.Ивасита: решение проблемы "северных территорий" возможно только на основе "нового подхода", основанного на опыте российско-китайского пограничного размежевания. Таким подходом может стать договоренность разделить Южнокурильские острова между Россией и Японией по площади "50х50" (за Россией остается только Итуруп, чья площадь составляет 62% территории островов). Япония никогда не согласится на получение только двух островов, а Россия никогда не примет решение о передаче Японии всех четырех, но компромиссное решение может устроить обе стороны и является "единственным способом вывести отношения из нынешнего тупика".

Директор Института изучения мира и конфликтов (г. Нью-Дели, Индия) Д.Банерджи: нынешний всплеск интереса Индии к событиям в Северо-восточной Азии, ее активное вовлечение в диалог по проблемам политического взаимодействия и обеспечения безопасности в регионе связан как с бурным развитием ее экономических и политических отношений с Китаем, Японией, Южной Кореей, так и с действиями Пхеньяна. С одной стороны, Индия встревожена торговлей ядерными и ракетными технологиями между КНДР и Пакистаном. С другой - самими ядерными испытаниями в Северной Корее, которые бросают вызов нынешнему мировому порядку и чреваты самыми серьезными последствиями. Индия готова активно участвовать в борьбе за безъядерный Корейский полуостров.

Профессор Китайской академии современных международных отношений при Госсовете КНР (Пекин) Ван Лицзю: "мирное разрешение ядерной проблемы Корейского полуострова является ключом к созданию системы взаимного доверия и безопасности в СВА". В регионе присутствуют четыре группы "конфликтных отношений", влияющих на процесс обеспечения региональной безопасности: 1) между КНДР с одной стороны, и США и Южной Кореей - с другой; 2) между КНР и США вокруг Тайваня, в СВА и в мире в целом; 3) двусторонние отношения между странами СВА, порожденные спорами вокруг территорий, ресурсов, национальных чувств, военных союзов; 4) военные отношения между Китаем и Россией, Россией и США, США, Японией и Кореей. Отношения в трех последних группах успешно регулируются, в то время как противоречия в первой группе чреваты реальным конфликтом и войной.

Для предотвращения эскалации конфликта на Корейском полуострове необходимы: 1) адекватные резолюции Совета безопасности ООН; 2) прямой диалог между США и КНДР; 3) восстановление шестисторонних переговоров как механизма для решения ядерной проблемы на Корейском полуострове и обеспечения безопасности СВА в целом; 4) переговоры между КНР и Россией по вопросам безопасности. Для формирования системы взаимного доверия и безопасности стороны должны придерживаться принципов толерантности, последовательности и прорыва на ключевых направлениях.

Председатель конференции профессор В.Л.Ларин: проблема недостаточного политического доверия друг к другу является одной из ключевых в современной Северо-восточной Азии и в целом в АТР. Уровень взаимного доверия в регионе исключительно низок, и в любой паре двусторонних отношений как минимум одна сторона откровенно не доверяет другой, и все вместе они не доверяют Северной Корее. Отсюда проистекает проблема "непредсказуемости" поведения партнеров, которая еще больше усиливает взаимную подозрительность.

Восприятие Восточной Азии в России, как и России в странах региона не способствует взаимному доверию. На протяжении длительного исторического периода восточноазиатские государства рассматривали действия России на берегах Тихого океана как враждебные своим интересам со стороны культурно чуждой европейской державы. В свою очередь, Москва традиционно смотрит на Восточную Азию как на угрозу, зону постоянной турбулентности, культурно отличный и враждебный регион. Длительная отгороженность СССР от внешнего мира и реалии "холодной войны" еще больше усилили подозрительность и недоверие к соседям. И даже люди, родившиеся и всю жизнь прожившие в Азии - дальневосточники - осознают себя частью России, европейского цивилизационного пространства, носителями европейской культуры, а окружающий азиатский мир воспринимают не только как культурно иной, но и еще как политически враждебный и опасный, угрожающий интересам России и россиян в регионе.

Вывод кажется весьма пессимистичным. Добиться реального политического доверия между государствами региона в обозримой перспективе невозможно. Слишком тяжел и насыщен груз взаимных обид. Слишком велика сила инерции. И слишком слабы пока еще силы, готовые подняться над прошлым и смотреть в будущее. Однако управлять этими процессами все же можно. Главным приоритетом должно стать расширение контактов и углубление взаимопонимания между народами.

По итогам конференции участники приняли резолюцию: все участники конференции считают задачу формирования атмосферы политического доверия в СВА исключительно важной целью, достижение которой необходимо для обеспечения мирного и стабильного развития региона. Актуальнейшей задачей в формировании такой атмосферы является создание адекватных и объективных представлений жителей региона об окружающем мире. Созданию таких представлений должно служить расширение контактов между людьми, профессиональными и общественными организациями, обмен информацией и активная пропаганда истории, культуры, политики своего государства в соседних странах. Участники считают необходимым дальнейшее изучение проблем взаимопонимания и взаимодоверия в СВА, в том числе посредством создания международных исследовательских проектов и проведения встреч ученых различных форматах и на разных уровнях. По итогам конференции будет издан сборник статей на основе представленных докладов.